Дело № 2-2596/2025(20)

66RS0004-01-2025-000856-81

66RS0004-01-2025-001477-61

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

01 октября 2025г. г. Екатеринбург

Ленинский районный суд г. Екатеринбурга в составе

председательствующего судьи Серебренниковой О.Н.,

при секретаре Киселевой В.А.,

с участием прокуроров Струниной Е.В., Берсеневой Е.А., Фроловой Е.Д., Леонтьевой О.А.,

с участием истца Кырова А.А., его представителя Ярусовой Д.В.,

истца Селиванова Е.А., его представителя Позднякова А.А.,

третьего лица Райчёнка Е.В., его представителей Егорова А.В., Лисиенко Е.С.,

представителя ответчика Паникарова Г.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Кырова А. А. к Главному управлению МЧС России по <адрес> о признании незаконными приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности и увольнении со службы, восстановлении на службе, взыскании денежного содержания за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, по иску Селиванова Е. А. к Главному управлению МЧС России по <адрес> о признании незаконными приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности и увольнении со службы, восстановлении на службе, взыскании денежного содержания за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов, и по заявлению третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Райчёнка Е. В. к Главному управлению МЧС России по <адрес> о признании незаконным заключения о результатах служебной проверки, возложении обязанности провести новую служебную проверку, признании незаконными приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности и увольнении со службы, восстановлении на службе,

УСТАНОВИЛ:

Истец Кыров А.А. в лице своего представителя Ярусовой Д.В. обратился с иском в Ленинский районный суд г.Екатеринбурга к ответчику ГУ МЧС России по <адрес> (т.1 л.д.3-5), в котором просил отменить приказ о привлечении к дисциплинарной ответственности № от 26.12.2024г. об увольнении, взыскать компенсацию морального вреда в размере 50000,00руб.

В ходе слушания дела истец Кыров А.А. в лице своего представителя Ярусовой Д.В. уточнял и дополнял свои требования, и с учетом окончательно сформированной позиции (т.1 л.д.16-17, т.3 л.д.246, т.4 л.д.9, 124) просит признать незаконными приказ о привлечении к дисциплинарной ответственности № от 26.12.2024г. в виде увольнения и приказ об увольнении №-НС от 21.01.2025г., восстановить его на работе в ГУ МЧС России по <адрес> в должности старшего инструктора по вождению пожарной машины-водитель 105 ПСЧ 1 ПСО ФПС ГПС ГУ МЧС; взыскать средний заработок за все время вынужденного прогула с 21.01.2025г. по 01.10.2025г. в размере 455560.30руб., продолжить начисление заработной платы по день восстановления на работе из расчета 2588,41руб. в день; взыскать компенсацию морального вреда в размере 50000,00руб.

В обоснование исковых требований истец Кыров А.А. указал, что он состоял в трудовых отношениях с ответчиком с 01.10.2023г., занимал должность старшего инструктора по вождению пожарной машины–водитель 105 ПСЧ 1 ПСО ФПС ГПС Главного управления, сержант внутренней службы. 17.10.2024г. Уральский институт ГПС МЧС России обратился в Главное управление МЧС России по <адрес> с письмом № М-113-1851 с целью вынесения объективной оценки фактов, изложенных в письме. По данному обращению с 18.10.2024г. по 15.11.2024г. ответчиком была проведена служебная проверка, по итогам которой 26.12.2024г. был издан приказ № о привлечении истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения со службы федеральной противопожарной службы, по причине совершения им проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы. Истец полагает, что данный приказ вынесен с отступлением от норм закона. Со ссылкой на ст.192 Трудового кодекса Российской Федерации в иске Кырова А.А. указано на то, что к дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным пунктами 5, 6, 9 или 10 части первой статьи 81, пунктом 1 статьи 336 или статьей 348.11 ТК РФ, а также пунктом 7, 7.1 или 8 части первой статьи 81 ТК РФ в случаях, когда виновные действия, дающие основания для утраты доверия, либо соответственно аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей. Из вышеназванной нормы следует, что для применения дисциплинарного взыскания необходимо установить, что работник совершил виновное действие. Кыров А.А. считает, что материалы проведенной проверки не содержат прямых доказательств совершения им проступка, порочащего честь сотрудника ФПС. Из объяснения истца от 16.10.2024г., следует, что 16.10.2024г. пожарная машина в составе второго отделения 105 ПСЧ 1 ПСО выехала для мониторинга р-на выезда. Был обнаружен торфяной пожар на площади 100кв.м по <адрес>. По пути следования отделения заехали в магазин за продуктами. По прибытии на место тушения торфяного пожара АЦ была установлена на водоисточник и протянута магистральная линия совместно с сержантом Райчёнком Е.В. и курсантом № Позже установили мотопомпу. Истец обеспечил бесперебойную подачу воды. Во время обеда при беседе № рассказала о ее травле в институте. Этот разговор № эмоционально завел. После обеда истец и Райчёнок Е.В. ушли на проливку очага. Подойдя к АЦ для проверки, истец увидел № сидящую у машины в нервозном состоянии. Истец укрыл ее бушлатом и предложил чай. Рядом стоял командир Селиванов Е.А. и пытался ее успокоить. Истец забрал канистру с топливом и ушел долить бензин в мотопомпу. Вернувшись, Истец обнаружил № в агрессивном состоянии. Селиванов Е.А. пытался ее успокоить. Через какое-то время Селиванов Е.А. и Райчёнок Е.В. пришли собирать ПТВ для убытия с места тушения пожара вместе. Когда ПТВ было собрано, Кыров, Селиванов и Райчёнок обнаружили, что № нет около автомобиля, они отправились на ее поиски. По результатам медицинской проверки у № было выявлено состояние алкогольного опьянения. Кырову А.А. также вменяется употребление алкогольных напитков, находясь на боевом дежурстве. Однако, по результатам проведенной в медицинской части УрИ ГПС МЧС медицинской экспертизы от 16.10.2024г. в 22.33 было выявлено наличие у него паров алкоголя в выдыхаемом воздухе в пределах нормы (0,03 мг/л). Данный факт подтверждается свидетельством о проведении проверки алкотестером и материалами служебной проверки. Ответчик указывает, что результаты медицинского освидетельствования истца на наличие у него алкогольного опьянения не являются надлежащими и бесспорными доказательствами его непричастности к употреблению алкоголя на службе. Такую позицию Ответчик обосновывает значительным разрывом между медицинскими освидетельствованиями № и истца. Кыров А.А. считает такую позицию неверной и противоречащей принципу презумпции невинности. Любое лицо считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в установленном законом порядке и закреплена вступившим в законную силу приговором суда. Более того, временной разрыв между медицинскими освидетельствованиями № и истца не является настолько большим, чтобы при употреблении Кырова А.А. алкоголя, данный факт не отразился бы в результате исследования. Ввиду того, что проведенное медицинское освидетельствование не выявило алкогольное опьянение истца, то ответчик не вправе оспаривать данный факт либо трактовать его иначе. В материалах проверки ответчик ссылается на отрицательные результаты прохождения истцом полиграфа. Однако, результаты проверки на полиграфе не являются доказательствами вины в юридическом смысле, следовательно, полученные данные на основании психофизиологического исследования с применением полиграфа, не могут подтвердить факт дисциплинарного проступка, за совершение которого сотрудник может быть уволен работодателем или привлечен к дисциплинарному взысканию. Относительно результатов опроса с использованием полиграфа специалисты Роструда делают вывод о том, что такие результаты сами по себе не могут являться основанием для увольнения. Вопреки доводам ответчика факт отрицательного прохождения Кыровым А.А. проверки на полиграфе не устанавливает его вину в нахождении на рабочем месте в алкогольном опьянении и не может являться основанием для его увольнения. В настоящее время какого-либо закона, регламентирующего порядок применения полиграфа, не имеется. Результаты проверки на полиграфе имеют ориентирующее значение и не могут выступать доказательством виновных действий. В случае, если полиграф выявил причастность действующего сотрудника к употреблению алкоголя на рабочем месте, основываться только на результатах проверки нельзя. Их можно использовать только в совокупности с другими данными, свидетельствующими о совершении работником дисциплинарного проступка. Помимо употребления алкоголя истцу также вменяется факт виновного бездействия, повлекшего за собой возникновение угрозы жизни и (или) здоровью курсанта Свидетель №1 Данный факт он отрицает. В момент, когда было замечено исчезновение Свидетель №1, Кыров А.А. и его коллеги сообщили об этом начальнику отряда и сами направились на поиски курсантки. Ответчик также ссылается на нарушении им требований п. 9 Устава подразделений пожарной охраны, утвержденного приказом МЧС России от 20.10.2017г. №, - личный состав отделений на основных и специальных ПА выполняет обязанности согласно табелю боевого расчета отделения караула на ПА (приложение № к настоящему Уставу). Водитель по своим обязанностям: устанавливает ПА (пожарный автомобиль) на водоисточник, переключает работу двигателя на насос, работает на насосе, обеспечивает бесперебойную подачу воды (пенообразователя) в рукавную линию. Кыров А.А. выполнил все предусмотренные уставом служебные действия, об этом также свидетельствуют документы о завершении мониторинга и выполнении отрядом поставленных задач, которые имеются у ответчика. Кыров А.А. указывает на то, что у ответчика отсутствовали прямые доказательства употребления им алкоголя на рабочем месте, а также нарушения им служебных обязанностей. Все приведенные в материалах служебной проверки основания вины истца не являются бесспорным поводом для применения дисциплинарной ответственности, тем более в форме крайней меры наказания, которую применяют к злостным нарушителям. Поэтому он согласно п.1 ст. 75 ФЗ № подлежит восстановлению в прежней должности и (или) специальном звании. Кроме того, Кыров А.А. указывает на нарушение ответчиком сроков проведения служебной проверки, предусмотренных п.4 ст. 53 ФЗ № 141-ФЗ. Согласно материалам служебной проверки, приказ о проведении служебной проверки был издан 18.10.2024г., в котором был обозначен срок окончания проверки и обобщения материалов для подготовки заключения до 13.11.2024г. При этом заключение подписано начальником ГУ МЧС В.В. Теряевым только 13.12.2024г. Также в вводной части заключения обозначен иной период проверки - с 18.10.2024г. по 13.12.2024г. В представленных материалах проверки не содержится документа о продлении сроков проверки, поэтому заключение составлено и подписано Теряевым В.В. в нарушенные сроки. Следовательно, по мнению Кырова А.А., результаты служебной проверки можно считать недействительными. В обоснование требования о взыскании компенсации морального вреда Кыровым А.А. указано на то, что ранее каких-либо дисциплинарных взысканий в отношении него не выносилось, к дисциплинарной ответственности ранее он не привлекался, наоборот, характеризуется положительно и на протяжении всего времени получал меры поощрения от работодателя в виде премирования, что подтверждает выданная ему служебная характеристика. Также Кыров А.А. просит взыскать в его пользу средний заработок за все время вынужденного прогула с 21.01.2025г. по 01.10.2025г., продолжить начисление заработной платы по день восстановления на работе из расчета 2588,41руб. в день, указывая на то, что увольнение произведено незаконно и он подлежит восстановлению на службе.

Также в Ленинский районный суд г.Екатеринбурга поступил иск Селиванова Е.В. в лице представителя Позднякова А.А. к тому же ответчику (т.2 л.д.1-7), в котором он просил восстановить его на работе в 105 ПСЧ 1 ПСО ФПС ГПС Главного управления МЧС Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по <адрес> (ГУ МЧС России по свердловской области) в должности командира отделения; взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула с 03.02.2025г. по 17.02.2025г. в размере 41645,45руб., в счет компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями, 15000,00руб., и расходы по оплате юридических услуг в размере 48600,00руб.

В ходе слушания дела истец Селиванов Е.А. в лице своего представителя Позднякова А.А. уточнял и дополнял свои требования, и с учетом окончательно сформированной позиции (т.3 л.д.237-238, т.4 л.д.13-14, 59-60, 128-129) просит признать незаконными приказ № от 26.12.2024г. о привлечении его к дисциплинарной ответственности, путем наложения дисциплинарного взыскания в виде увольнения со службы, приказ №-НС от 21.01.2025г. о его увольнении со службы в федеральной противопожарной службы МЧС России по п.9 ч.3 ст.83 (в связи с совершением проступка порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы) с 31.01.2025г., восстановить его на работе в 105 ПСЧ 1 ПСО ФПС ГПС Главного управления МЧС Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по <адрес> (ГУ МЧС России по свердловской области) в должности командира отделения; взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула с 03.02.2025г. по 01.10.2025г. в размере 427815,92руб., компенсацию морального вреда в сумме 15000,00руб., и расходы по оплате юридических услуг в размере 48600,00руб.

В обоснование исковых требований истец Селиванов Е.А. указал, что он согласно Контракта о службе от декабря 2019г. и дополнительного соглашения к Контракту о службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы (далее Контракт) от 15.05.2023г. являлся сотрудником федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы Главного управления Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по <адрес> (ГУ МЧС России по свердловской области). В соответствии с выпиской из Приказа от 31.07.2012г. назначен на должность командира отделения 105 пожарной части 60 ОФПС по <адрес> с 01.08.2021г., с присвоением специального звания «старшина внутренней службы». 18.10.2024г. ответчик Приказом № от 18.10.2024г. инициировал проведение служебной проверки в отношении истца, в связи с письмом Уральского института ГПС МЧС России от 17.10.2024г. № М-113-1851, с целью объективной оценки фактов, изложенных в письме. С самим письмом истцу ознакомиться не дали. Сама проверка проводилась по факту употребления истцом алкогольного напитка в служебное время, нарушение боевого Устава подразделений пожарной охраны, а также обстоятельств возможного конфликта с курсантом Уральского института ГПС МЧС России Свидетель №1 По результатам служебной проверки от 13.12.2024г. комиссией был установлен факт совершения им проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы, в связи с чем, руководствуясь п.9 ч.3 ст.83 Федерального закона от <//> № 141-ФЗ было приняло решение об увольнении его со службы в федеральной противопожарной службы, в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы. Также, учитывая обнаружение в действиях истца признаков состава преступления, комиссией принято решение о направлении материалов проверки в правоохранительные органы. 26.12.2024г. истца ознакомили с приказом № о привлечении к дисциплинарной ответственности и назначении дисциплинарного взыскания в виде увольнения со службы в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы. 21.01.2025г. истец получил выписку из Приказа №-НС от 21.01.2025г. о его увольнении по п.9 ч.3.ст.83 Закона 141-ФЗ 31.01.2025г. 24.01.2025г. его ознакомили с представлением об увольнении из ФПС ГПС 31.01.2025г. по п.9 ч.3 ст.83 Закона 141-ФЗ, а также была проведена беседа, составлен лист беседы. 31.01.2025г. истец был уволен со службы. С данным увольнением он не согласен, т.к. процедура увольнения произведена с нарушением действующего законодательства Российской Федерации, заключение служебной проверки противоречат объективным обстоятельствам дела. Правоотношения, связанные с поступлением на службу в органы федеральной противопожарной службы, ее прохождением и прекращением, а также определение правового положения (статуса) сотрудника ФПС, регулируются Законом 141-ФЗ, другими федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации, федерального органа исполнительной власти в сфере федеральной противопожарной службы. Законодателем понятие проступка, порочащего честь сотрудника ФПС, а также его виды, перечень таких проступков не определены. Вместе с тем, п.9 ч.3 ст.83 Закона 141-ФЗ установлено, что контракт подлежит расторжению, а сотрудник увольнению со службы в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника ФПС. Увольнение по названному основанию является самостоятельным основанием для расторжения контакта с сотрудником и не связано с привлечением сотрудника к дисциплинарной ответственности. Ответчик Приказом от 26.12.2024г. № привлек истца к дисциплинарной ответственности, а Приказом от 21.01.2025г. по этим же основаниям уволил истца. В силу ст.13 Закона 141-ФЗ сотрудник ФПС при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере пожарной безопасности, а также государственной власти. В соответствии Кодексом чести сотрудника системы МЧС России, утвержденный Приказом от06.03.2006г. №, а также п.п. «а», «б» п.11 и 12, п.13 Типового кодекса этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих, одобренного решением президиума Совета при Президенте Российской Федерации по противодействию коррупции от 23.12.2010г., государственные служащие, сознавая ответственность перед государством, обществом и гражданами, призваны исполнять должностные обязанности добросовестно и на высоком профессиональном уровне в целях обеспечения эффективной работы государственных органов и органов местного самоуправления, так и государственных служащих, исходить из того, что признание, соблюдение и защита прав свобод человека и гражданина определяют основной смысл и содержание деятельности как государственных органов и органов местного самоуправления, так и государственных (муниципальных) служащих, а также государственные служащие обязаны соблюдать Конституцию Российской федерации, Федеральные конституционные и Федеральные законы, иные нормативные правовые акты Российской Федерации. Государственные (муниципальные) служащие в своей деятельности не должны допускать нарушение законов и иных нормативных правовых актов, исходя из политической экономической целесообразности либо иным мотивам. Указанные нормы свидетельствуют о том, что сотрудник органов ФПС должен соблюдать определенные ограничения в поведении, определенные нравственные принципы не только при осуществлении служебной деятельности, но и во внеслужебное время. Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, служба в органах ФПС является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов, что определяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка, общественную безопасность. Законодатель определяет правовой статус сотрудников, проходящих службу в ФПС, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органа внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц. Поступая на службу в органы ФПС, гражданин добровольно возлагает на себя обязанности соответствовать указанным требованиям и добросовестно исполнять свои обязанности. Возможность увольнения сотрудников органов ФПС за проступок, порочащий честь сотрудника ФПС, то есть за несоблюдение добровольно принятых на себя обязательств, предусмотренных законодательством, обусловлена особым правовым статусом указанных лиц. Из содержания норм о службе в федеральной противопожарной системе и с учетом позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что в случае совершения сотрудником ФПС проступка, порочащего честь сотрудника, он подлежит безусловному увольнению, а контракт с ним расторжению. Применение других мер ответственности в данном случае невозможно, поскольку закон не предоставляет руководителю органа ФПС права избрания для такого сотрудника иной более мягкой меры ответственности, чем увольнение из органов внутренних дел и расторжению контракта. Возможность увольнения со службы сотрудника органов ФПС, более не отвечающего установленным требованиям, предопределена необходимостью комплектования ФПС лицами, имеющими высокие морально-нравственные качества и способными надлежащим образом выполнять принятые ими на себя обязательства по защите прав и свобод человека и гражданина, соблюдению положений Конституции Российской Федерации, обеспечению безопасности, законности и правопорядка. При этом пункт 9 части 3 статьи 83 Закона 141-ФЗ не предполагает возможности его произвольного применения, поскольку подразумевает, что принятию решения об увольнении сотрудника со службы за совершение проступка, порочащего честь сотрудника ФПС, т.е. за несоблюдение им добровольно принятых на себя обязательств, предусмотренных законодательством, предшествует объективная оценка совершенного им деяния, а обоснованность увольнения со службы может быть предметом судебной проверки. Процедура увольнения сотрудников ФПС за проступок, порочащий честь сотрудника ФПС, как правило, проводится по результатам служебной проверки, и регламентируется Приказом МЧС России от 17.10.2016г. № «Об утверждении Порядка проведения служебной проверки в системе Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий». Селиванов Е.А. считает, что служебная проверка и последующее его увольнение произведено без учета предшествующего поведения работника, поскольку работодателем не было учтено предшествующее увольнению добросовестное отношение сотрудника к труду, положительная характеристика непосредственного начальника, отсутствия у сотрудника иных дисциплинарных взысканий за весь период службы. Данные обстоятельства свидетельствуют о несоразмерности примененной ответчиком к истцу меры о расторжении контракта и увольнении. Комиссией не приняты во внимание также следующие факты: отсутствие алкогольного опьянения истца (результаты тестирования алкотестера 0,05 мг/л, с учетом погрешности 0,03-0,05 мг/л); показания курсанта Свидетель №1 по факту предполагаемого конфликта противоречат показаниям истца и иных сотрудников по делу служебной проверки Райчёнка Е.В. и Кырова А.А.; установленное алкогольное опьянение Свидетель №1 и ее непредсказуемое, отличающееся от нормы поведение, не соответствующее ситуации поведение, которое привело к нарушению служебной дисциплины и порядку выполнения служебных задач. Все выводы служебной проверки основаны на психофизиологическом исследовании (полиграф). В этой связи, в иске отмечено, что тестирование на полиграфе составная часть опроса с использованием полиграфа, включающая в себя регистрацию физиологических параметров человека в ответ на задаваемые вопросы. В общем и целом, данный вид полученных доказательств можно определить как вероятностный и который не может с точностью дать результаты о происходящем событии или проступке, тем более, выводы служебной проверки, построенные только по результатам полиграфа, не могут быть объективными. Селиванов Е.А. указывает, что комиссия не приняла тот факт, что о случившемся он доложил по телефону своему руководству, а также то, что с приказом Министерства труда и социального развития от 18.07.2019г. №-н, который указывает об исключении на тушении пожара лиц, проходящих стажировку, направляемых из любых учебных заведений, из числа девушек для непосредственного участия в тушении пожара (Хреновой Е.А.), ответчик ознакомил его только 21.10.2024г., после событий. По мнению Селиванова Е.А., все заключение носит вероятностный характер, при этом комиссия, которая согласно Приказу № имеет право только рекомендовать меру предполагаемой ответственности, в рекомендательной части указывает на безусловное увольнение истца, что противоречит условиям и порядку проведения беспристрастной служебной проверки, нарушает права истца. Ввиду изложенного, Селиванов Е.А. просит признать указанные приказы незаконными, восстановить его на службе в прежней должности, взыскать в его пользу средний заработок за время вынужденного прогула, компенсацию морального вреда и обозначенные выше судебные издержки.

Определением от 24.02.2025г. гражданские дела по искам Кырова А.А. и Селиванова Е.А. были объединены в одно производство.

В ходе слушания данного гражданского дела к участию в нем в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, был привлечен Райчёнок А.А. В судебном заседании 28.05.2025г. им было заявлено ходатайство о вступлении в дело в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, представлено соответствующее заявление, содержащее исковые требования к Главному управлению МЧС России по <адрес> о признании приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности в виде увольнения незаконными, восстановлении на службе (т.4 л.д.43-44). Определением суда от 28.05.2025г. Райчёнок Е.В. был признан третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования относительно предмета спора, и его требования приняты к рассмотрению в рамках данного гражданского дела.

В обоснование данных требований Райчёнком Е.В. указано, что в период с 18.10.2024г. по 15.11.2024г. проведена служебная проверка в отношении него в соответствии с приказом ответчика от 18.10.2024г. №, по результатам которой все трое были признаны употреблявшими спиртные напитки в служебное время и уволены за совершение проступка, порочащего честь сотрудника ФПС. Райчёнок Е.В. приказом ответчика № от 26.12.2024г. был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде увольнения со службы. Названное заключение не содержит неопровержимых доказательств того, что Райчёнок Е.В. виновен в употреблении спиртного на службе. В заключении указано, что у него обнаружен алкоголь в количестве 0,03мг/л, что не допускает признания факта алкогольного опьянения. Показания прибора, на которых строится обвинение, находятся в пределах технической погрешности, что исключает факт употребления алкоголя. В связи с чем, Райчёнок Е.В. просит признать незаконными приказы ответчика № от 26.12.2024г. о привлечении его к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, и №-НС от 21.01.2025г. об увольнении его со службы, восстановить на работе в прежней должности.

В своих уточнениях (т.4 л.д.131-132) Райчёнок Е.В. просит помимо изложенных выше требований также признать незаконным заключение о результатах служебной проверки в отношении него, возложить на ответчика обязанность провести новую служебную проверку с учетом показаний Мочалова А.М., Бабинцева Д.А., Мамаева В.А. В обоснование этих требований Райчёнком Е.В. указано на то, что служебная проверка проведена поверхностно, с обвинительным уклоном, без цели установить истину, что влечет ее недействительность. В заключении указано на то, что приехав к месту пожара примерно в 11.00 личный состав 105 ПСЧ сразу стал употреблять алкоголь. Это не может соответствовать действительности. В период с 11 до 14 часов на месте пожаротушения находились начальник части Мочалов А.М. и его заместитель Бабинцев Д.А., что указывает на то, что никто из состава отделения алкоголь не употреблял, но показаний этих лиц в заключении нет. После пропажи Свидетель №1 на поиски приехал помощник начальника караула Мамаев В.А., который видел, что все трезвы, между тем в заключении его показания отсутствуют. В последующем по окончанию поисков Свидетель №1 состав отделения вернулся в место дислокации, где в это время находилось руководство и сработала тревога и отделение в полном составе было направлено по вызову на тушение пожара. Что, по мнению Райчёнка Е.В., также опровергает доводы служебной проверки и заключения об употреблении алкоголя составом отделения. Заключение не содержит доказательств того, что Райчёнок Е.В. виновен в употреблении спиртного на службе. Относительно показаний прибора им указано, что положительная проба была у всех, кто из любопытства дул затем в прибор, показания прибора находятся в пределах погрешности.

В своих дополнениях (т.4 л.д.162-163) Райчёнок Е.В. также дополнительно просит восстановить срок на предъявление им вышеизложенных требований, и указывает на то, что ему в вину поставлено оставление в опасности Свидетель №1 и употребление спиртных напитков в рабочее время. Райчёнок Е.В. не может быть субъектом нарушения – оставление в опасности, в силу своего подчиненного служебного положения, а также им приводится ст.125 УК РФ. Райчёнок Е.А. указывает, что Свидетель №1 на период несения службы поступила в подчинение командиру отделения и без его разрешения не имела права оставлять место службы. Самовольно покидая место службы, Свидетель №1 исключила из действий состава отделения объективную сторону оставления в опасности, сама создав себе угрозу. Райчёнок Е.А. в момент оставления Свидетель №1 места несения службы исполнял свои обязанности по пожаротушению, поэтому не знал и не мог знать о самовольном оставлении ею места службы, что исключает субъективную сторону оставления в опасности. Поэтому он не может быть признан виновным в оставлении в опасности и заключение в этой части незаконно. В части употребления спиртных напитков он отмечает, что выводы заключения об этом сделаны на показаниях Свидетель №1, которые опровергаются материалами дела и показаниями прибора с допустимой погрешностью. В заключении не указаны обстоятельства, исключающие его ответственность, не указана форма вины и мотивы совершения проступка, не опрошены лица, имеющие отношение к обстоятельствам дела. Также в этом дополнении Райчёнком Е.В. изложена его позиция по заявленному представителем ответчика ходатайству о пропуске им срока исковой давности на предъявление иска. Он считает его не пропущенным, т.к. он как участник спорных отношений подлежал привлечению к участию в деле с момента возбуждения производства. Но затем также указано, что в данном случае он пропусти срок вследствие нарушения его процессуального права на участие в деле и заявления требований по делу. Помимо этого, поскольку оспариваемые приказы основаны на незаконном заключении, то признание их незаконными находится в зависимости от признания незаконным заключения. Тем не менее, Райчёнок Е.В. считает необходимым заявить о восстановлении данного срока (мотивы такого ходатайства не указаны).

В своих крайних уточнениях (т.4 л.д.207-210) Райчёнок Е.В. указывает дополнительно на нарушение срока проведения служебной проверки, которая была назначена приказом № от 18.10.2024г. со сроком проведения по 15.11.2024г. Имеющееся в материалах дела письмо не содержит волеизъявления должностного лица, назначившего проверку, на продление ее срока. При таких обстоятельствах, приказ № от 26.12.2024г. о привлечении его к дисциплинарной ответственности издан с нарушением закона. А также нарушен срок наложения взыскания, установленные п.6 ст.51 141-ФЗ, поэтому приказ о привлечении его к дисциплинарной ответственности не мог быть издан позднее 16.12.2024г., и это влечет незаконность обоих приказов.

Кыров А.А., Селиванов Е.А., Райчёнок Е.В., их представители в судебном заседании свои требования с учетом их уточнений и дополнений поддержали по доводам и основаниям, изложенным письменно. Райчёнок Е.В. и его представители также поддержали ходатайство о восстановлении процессуального срока на предъявление им требований.

Представитель ответчика исковые требования не признал по доводам представленных суду возражений, дополнений к ним, указали на законность увольнения указанных лиц, соблюдение процедуры увольнения, сроков проведения служебной проверки, отсутствии оснований для восстановления их на службе, также поддержал заявление о пропуске Райчёнком Е.В. срока исковой давности на предъявление им требований.

Прокурор Леонтьева О.А. в своем заключении полагала исковые требования указанных лиц о восстановлении на службе необоснованными.

Суд, выслушав пояснения сторон, заключение прокурора, исследовав доказательства по делу, письменные материалы гражданского дела, показания допрошенных свидетелей Бабинцева Д.А., Мамаева В.А., Мочалова А.М., Свидетель №1, изучив материалы доследственной проверки КРСП №пр-25, приходит к выводу о необоснованности заявленных требований в полном объеме и об отказе в их удовлетворении по следующим основаниям.

Суд учитывает, что регулирование правоотношений, связанных со службой в федеральной противопожарной службе, осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, Федеральным законом от 23.05.2016г. № 141-ФЗ «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», Федеральным законом от 21.12.1994г. № 69-ФЗ «О пожарной безопасности», Федеральным законом от 30.12.2012г. № 283-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и другими федеральными законами, регламентирующими правоотношения, связанные со службой в федеральной противопожарной службе; нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации; нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации; нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на решение задач в области пожарной безопасности. В соответствии с ч.2 ст.2 указанного Федерального закона № 141-ФЗ в случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами, указанными в части 1 настоящей статьи, к правоотношениям, связанным со службой в федеральной противопожарной службе, применяются нормы трудового законодательства Российской Федерации.

Тем самым, нормы трудового законодательства Российской Федерации применяются к правоотношениям, связанным со службой в федеральной противопожарной службе, в случаях, не урегулированных данным законом. В данном случае, суд приходит к выводу о том, что спорные правоотношения в полной мере урегулированы специальным законодательством.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 13 Федерального закона от 23.05.2016г. № 141-ФЗ, предусматривающей требования к служебному поведению сотрудника федеральной противопожарной службы, при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник федеральной противопожарной службы должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

Сотрудник федеральной противопожарной службы обязан не допускать злоупотреблений служебными полномочиями, соблюдать установленные федеральными законами ограничения и запреты, связанные со службой в федеральной противопожарной службе, а также соблюдать требования к служебному поведению сотрудника (пункт 12 части 1 статьи 12 141-ФЗ).

В Кодексе этики и служебного поведения государственных служащих Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, одобренном решением президиума Совета при Президенте Российской Федерации по противодействию коррупции от 23.12.2010г. (протокол №), и утвержденным Приказом Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий от 07.07.2011г. №, установлено, что государственные служащие, сознавая ответственность перед государством, обществом и гражданами, должны исполнять должностные обязанности добросовестно и на высоком профессиональном уровне в целях обеспечения эффективной работы государственных органов; исходить из того, что признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина определяют основной смысл и содержание деятельности как государственных органов, так и государственных служащих; осуществлять свою деятельность в пределах полномочий МЧС России; призваны среди прочего исключать действия, связанные с влиянием каких-либо личных, имущественных (финансовых) и иных интересов, препятствующих добросовестному исполнению ими должностных обязанностей, воздерживаться от поведения, которое могло бы вызвать сомнение в добросовестном исполнении государственным служащим должностных обязанностей, а также избегать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб его репутации или авторитету МЧС России (подпункты д, к пункта 2.1 Кодекса). Аналогичные требования содержатся в Кодексе чести сотрудника Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, утвержденного приказом МЧС России от 06.03.2006г. №.

Контракт подлежит расторжению, а сотрудник федеральной противопожарной службы увольнению со службы в федеральной противопожарной службе в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы (пункт 9 части 3 статьи 83 141-ФЗ).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 06.06.2017г. №-О, согласно Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (статья 37 часть 1); граждане Российской Федерации имеют равный доступ к государственной службе (статья 32 часть 4). В силу названных конституционных положений во взаимосвязи с конкретизирующими их положениями федерального законодательства государственная служба, поступая на которую гражданин реализует указанные конституционные права, представляет собой профессиональную служебную деятельность граждан Российской Федерации по обеспечению исполнения полномочий Российской Федерации и ее субъектов, государственных органов и лиц, замещающих государственные должности (пункт 1 статьи 1 Федерального закона от <//> N 58-ФЗ "О системе государственной службы Российской Федерации"). Специфика такой профессиональной деятельности предопределяет право федерального законодателя при осуществлении правового регулирования порядка прохождения государственной службы вводить особые правила поступления на нее, а также предъявлять к лицам, поступающим на государственную службу и замещающим должности государственных служащих, вытекающие из стоящих перед ней задач специальные требования, в том числе к их личным и деловым качествам. Несоответствие государственного служащего тем требованиям, которые установлены законодателем исходя из особенностей его профессиональной деятельности, обусловливает введение специальных оснований увольнения со службы.

Исходя из изложенного для решения вопроса о законности увольнения со службы сотрудника федеральной противопожарной службы в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы, юридически значимыми обстоятельствами являются: установление совершения сотрудником федеральной противопожарной службы деяний (действия или бездействия), подрывающих деловую репутацию и авторитет органов федеральной противопожарной службы, нарушающих требования к поведению сотрудника при осуществлении служебной деятельности и во внеслужебное время, а также требований по соблюдению профессионально-этических принципов, нравственных правил поведения, закрепленных указанными выше положениями нормативных правовых актов, соблюдение нанимателем порядка привлечения к дисциплинарной ответственности.

Доказательства, подтверждающие совершение истцом проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы и соблюдение установленного законом порядка привлечения к дисциплинарной ответственности, должен представить суду ответчик. Обязанность же суда, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, на основании исследования и оценки представленных сторонами спора доказательств по правилам статей 67, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации выяснить все обстоятельства законности привлечения истца к дисциплинарной ответственности путем проверки наличия указанного ответчиком основания увольнения, в том числе решить вопрос соблюдения установленного законом порядка увольнения.

По результатам судебного разбирательства суд приходит к выводу, что доказательства, подтверждающие совершение истцами и третьим лицом проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы и соблюдение установленного законом порядка привлечения к дисциплинарной ответственности, в полной мере были представлены ответчиком в дело.

Проверяя законность увольнения Кырова А.А., Селиванова Е.А., Райчёнка Е.В., суд, оценив представленные в материалы дела доказательства, приходит к однозначному выводу о том, что установленные служебной проверкой факты в их совокупности, свидетельствуют о совершении всеми тремя лицами проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы, несоблюдение ими при описанных в заключениях служебной проверки обстоятельствах добровольно принятых на себя обязательств по соблюдению служебного поведения наносит урон авторитету федеральной противопожарной службы, подрывает доверие граждан к системе государственных органов и порочит честь сотрудника федеральной противопожарной службы.

Ответчиком правомерно принято решение об увольнении всех троих сотрудников, применение других мер ответственности (в том числе, с учетом положительных характеристик сотрудников и предшествующей добросовестной службы) в данном случае невозможно, поскольку действующее законодательство не предоставляет руководителю федеральной противопожарной службы права избрания для таких сотрудников иной более мягкой меры ответственности, чем увольнение со службы в федеральной противопожарной службе. Увольнение сотрудника федеральной противопожарной службы за совершение проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы, обусловлено особым правовым статусом указанных лиц.

Суд отмечает, что при установленных по делу обстоятельствах примененное к Кырову А.А., Селиванову Е.А. и Райчёнку Е.В. увольнение не только имело под собой соответствующее основание, предусмотренное конкретной нормой Федерального закона от 23.05.2016г. № 141-ФЗ, п.9 ч.3 ст.83, но и было применено в полном соответствии с установленными требованиями, являлось справедливым с учетом характера допущенных ими нарушений предъявляемых к сотрудникам федеральной противопожарной службы требований.

Из материалов дела следует, что ответчик является действующим территориальным органом МЧС России, осуществляет соответствующую деятельность на территории <адрес>.

Между Кыровым А.А. и ответчиком 01.10.2023г. заключен контракт о службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы по должности старшего инструктора по вождению пожарной машины-водителя 105 пожарно-спасательной части 1 пожарно-спасательного отряда федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы Главного управления МЧС России по <адрес> (т.3 л.д.36-38).

Между Селивановым Е.А. и ответчиком 24.12.2019г. был заключен контракт о службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы по должности командир отделения 105 пожарно-спасательной части ФГКУ «60 отряд федеральной противопожарной службы по <адрес>» (т.3 л.д.61-63).

Между Райчёнком Е.В. и ответчиком 21.03.2023г. был заключен контракт о службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы по должности пожарного 105 пожарно-спасательной части 60 пожарно-спасательного отряда ФПС ГПС Главного управления МЧС России по <адрес> (т.4 л.д.76-78).

В соответствии с указанными контрактами все трое являлись сотрудниками федеральной противопожарной службы, приняли на себя определенные обязательства, в том числе, по соблюдению требований к служебному поведению, соблюдению служебной дисциплины, ограничений и запретов, связанных со службой, и были предупреждены об ответственности за их нарушение. Аналогичные положения содержатся в их должностных регламентах (т.3 л.д.39-48, 65-75, т.4 л.д.81-85).

Приказом ответчика №-НС от 21.01.2025г. (т.3 л.д.178-183) контракты о службе со всеми тремя были расторгнуты и они были уволены со службы в федеральной противопожарной службе МЧС России по основанию, предусмотренному пунктом 9 части третьей статьи 83 Федерального закона от 23.05.2016г. № 141-ФЗ «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы.

Основанием для увольнения сотрудников Кырова А.А., Селиванова Е.А., Райчёнка Е.В. (далее - сотрудники) послужили результаты служебной проверки, из заключения которой установлено совершение ими проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы, выразившегося в использовании пожарного автомобиля в личных целях при использовании техники по предназначению, в распитии спиртных напитков при исполнении служебных обязанностей по тушению пожара, принуждении к употреблению алкоголя курсанта, неправомерного завладения ее телефоном, совершении иных действий (бездействия), повлекших за собой возникновение угрозы жизни и (или) здоровью курсанта Свидетель №1, вынужденной покинуть место тушения пожара и выбираться к месту учебы самостоятельно, отсутствие своевременного доклада о произошедшем, сообщении ими недостоверных сведений и сокрытие известных им фактов в ходе проведения служебной проверки.

По доводам исков о нарушении процедуры увольнения, сроков проведения служебной проверки, сроков издания приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности в виде увольнения и об увольнении, суд учитывает, что увольнение со службы в федеральной противопожарной службе является одним из видов дисциплинарных взысканий, перечисленных в ст.49 Федерального закона от 23.05.2016г. № 141-ФЗ «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Частью 6 статьи 51 Федерального закона № 141-ФЗ предусмотрено, что дисциплинарное взыскание должно быть наложено не позднее чем через две недели со дня, когда прямому руководителю (начальнику) или непосредственному руководителю (начальнику) стало известно о совершении сотрудником федеральной противопожарной службы дисциплинарного проступка, а в случае проведения служебной проверки или возбуждения уголовного дела - не позднее чем через один месяц со дня утверждения заключения по результатам служебной проверки или вынесения окончательного решения по уголовному делу. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке. Дисциплинарное взыскание не может быть наложено на сотрудника федеральной противопожарной службы по истечении шести месяцев со дня совершения дисциплинарного проступка, а по результатам ревизии или проверки финансово-хозяйственной деятельности - по истечении двух лет со дня совершения дисциплинарного проступка. В указанные сроки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время производства по уголовному делу (ч.7). До наложения дисциплинарного взыскания от сотрудника федеральной противопожарной службы, привлекаемого к ответственности, должно быть затребовано объяснение в письменной форме. В случае отказа сотрудника дать такое объяснение составляется соответствующий акт, подписываемый уполномоченными должностными лицами. Перед наложением дисциплинарного взыскания по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности либо уполномоченного руководителя в соответствии со статьей 53 настоящего Федерального закона может быть проведена служебная проверка (ч.8). Уполномоченный руководитель обязан в течение пяти календарных дней ознакомить сотрудника федеральной противопожарной службы под расписку с приказом о наложении на него дисциплинарного взыскания. В указанный срок не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время, необходимое для прибытия сотрудника к месту ознакомления с приказом о наложении на него дисциплинарного взыскания или для доставки указанного приказа к месту службы сотрудника (п.11). Наложение на сотрудника федеральной противопожарной службы дисциплинарного взыскания в виде увольнения со службы в федеральной противопожарной службе осуществляется в соответствии с главой 12 настоящего Федерального закона (п.17).

В соответствии с ч.15 ст. 51 Федерального закона от 23.05.2016г. № 141-ФЗ «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» дисциплинарные взыскания, предусмотренные пунктом 6 части 1 статьи 49 настоящего Федерального закона (увольнение), исполняются не позднее чем через два месяца со дня издания приказа об их наложении. В указанный срок не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника федеральной противопожарной службы, нахождения его в отпуске или в командировке.

В соответствии с положениями Главы 12 указанного Федерального закона служба в федеральной противопожарной службе прекращается в случае увольнения сотрудника федеральной противопожарной службы (ст.81). Сотрудник федеральной противопожарной службы увольняется со службы в федеральной противопожарной службе в связи с прекращением или расторжением контракта (ст.82).

Согласно п.9 ч.3 ст.83 настоящего Федерального закона контракт подлежит расторжению, а сотрудник федеральной противопожарной службы увольнению со службы в федеральной противопожарной службе в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы.

Порядок увольнения сотрудников федеральной противопожарной службы со службы в федеральной противопожарной службе определен в ст.91 Федерального закона от 23.05.2016г. № 141-ФЗ «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». Прекращение или расторжение контракта с сотрудником федеральной противопожарной службы, увольнение его со службы в федеральной противопожарной службе осуществляются руководителем федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности или уполномоченным руководителем.

Согласно ст.53 указанного Федерального закона служебная проверка проводится по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности либо уполномоченного руководителя при необходимости выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником федеральной противопожарной службы дисциплинарного проступка, подтверждения наличия или отсутствия обстоятельств, предусмотренных статьей 14 настоящего Федерального закона, а также по заявлению сотрудника. При проведении служебной проверки в отношении сотрудника федеральной противопожарной службы должны быть приняты меры, направленные на объективное и всестороннее установление: 1) фактов и обстоятельств совершения сотрудником дисциплинарного проступка; 2) вины сотрудника; 3) причин и условий, способствовавших совершению сотрудником дисциплинарного проступка; 4) характера и размера вреда, причиненного сотрудником в результате совершения дисциплинарного проступка; 5) наличия или отсутствия обстоятельств, препятствующих прохождению сотрудником службы в федеральной противопожарной службе. Служебная проверка должна быть завершена не позднее чем через тридцать дней со дня принятия решения о ее проведении. В указанный срок не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника федеральной противопожарной службы, в отношении которого проводится служебная проверка, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время отсутствия сотрудника на службе по иным уважительным причинам. В случае выявления в ходе служебной проверки обстоятельств, влияющих на объективность результатов служебной проверки, руководитель федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности либо уполномоченный руководитель, принявшие решение о проведении служебной проверки, могут продлить срок ее проведения, но не более чем на 30 дней. Результаты служебной проверки представляются руководителю федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности либо уполномоченному руководителю, принявшим решение о проведении служебной проверки, в письменной форме в виде заключения не позднее чем через три рабочих дня со дня завершения проверки. Указанное заключение утверждается руководителем федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности или уполномоченным руководителем, принявшими решение о проведении служебной проверки, не позднее чем через пять дней со дня представления заключения.

Из этой же нормы следует, что сотрудник федеральной противопожарной службы, в отношении которого проводится служебная проверка: 1) обязан давать объяснения в устной или письменной форме по обстоятельствам проведения служебной проверки, если это не связано со свидетельствованием против самого себя; 2) имеет право: а) представлять заявления, ходатайства и иные документы; б) обжаловать решения и действия (бездействие) сотрудников, проводящих служебную проверку, руководителю федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности либо уполномоченному руководителю, принявшим решение о проведении служебной проверки; в) ознакомиться с заключением по результатам служебной проверки, если это не противоречит требованиям неразглашения сведений, составляющих государственную и (или) иную охраняемую законом тайну; г) обжаловать заключение по результатам служебной проверки в соответствии со статьей 73 настоящего Федерального закона.

В заключении по результатам служебной проверки указываются: 1) установленные факты и обстоятельства; 2) предложения, касающиеся наложения на сотрудника дисциплинарного взыскания. Заключение по результатам служебной проверки подписывается лицами, ее проводившими, и утверждается руководителем федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности либо уполномоченным руководителем, принявшими решение о проведении служебной проверки (п.9). Порядок проведения служебной проверки устанавливается федеральным органом исполнительной власти в области пожарной безопасности (10).

Порядок проведения служебной проверки в системе Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий утвержден приказом МЧС России от 17.10.2016г. №.

В соответствии с этим документом, служебная проверка проводится по решению Министра Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, начальника (руководителя) подразделения МЧС России (далее - должностное лицо, назначившее проверку) при необходимости выявления причин, характера и обстоятельств совершенного сотрудником, в отношении которого указанные должностные лица являются прямыми руководителями (начальниками) и наделены правом наложения дисциплинарных взысканий, дисциплинарного проступка, подтверждения наличия или отсутствия факта несоблюдения им ограничений, нарушения запретов или несоблюдения обязанностей, связанных со службой в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы (далее - федеральная противопожарная служба), а также по заявлению сотрудника.

Должностное лицо, назначившее проверку, назначает должностное лицо или должностных лиц, ответственных за ее организацию и проведение. Служебная проверка проводится перед применением дисциплинарного взыскания в отношении конкретного сотрудника. При проведении служебной проверки должны быть полно, объективно и всесторонне установлены: 1) факты и обстоятельства совершения сотрудником дисциплинарного проступка; 2) вина сотрудника; 3) причины и условия, способствовавшие совершению сотрудником дисциплинарного проступка; 4) характер и размер вреда, причиненного сотрудником в результате совершения дисциплинарного проступка; 5) наличие или отсутствие обстоятельств, препятствующих прохождению сотрудником службы в федеральной противопожарной службе. Результаты служебной проверки оформляются отдельно в отношении каждого сотрудника в виде письменного заключения и докладываются должностному лицу, назначившему проверку.

Основанием для проведения служебной проверки является поступившая в установленном порядке начальнику (руководителю) подразделения МЧС России информация о дисциплинарном проступке сотрудника или происшествии с его участием, которая может содержаться в обращениях граждан и организаций, сообщениях судебных, правоохранительных, контролирующих и иных государственных органов, общественных объединений, рапортах сотрудников, заявлениях (рапортах) федеральных государственных служащих и работников подразделений МЧС России, а также в публикациях средств массовой информации.

Служебная проверка назначается поручением в виде резолюции должностного лица, назначившего проверку, на документе, содержащем сведения о наличии оснований для ее проведения, либо путем издания приказа подразделения МЧС России о проведении служебной проверки комиссией.

Служебная проверка должна быть завершена не позднее чем через тридцать дней со дня принятия решения о ее проведении. В указанный срок не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника, в отношении которого проводится служебная проверка, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время отсутствия сотрудника на службе по иным уважительным причинам.

В случае выявления в ходе служебной проверки обстоятельств, влияющих на объективность результатов служебной проверки, должностное лицо, назначившее проверку, может продлить срок ее проведения, но не более чем на 30 дней. Решение о проведении служебной проверки должно быть принято не позднее десяти рабочих дней со дня получения должностным лицом, назначающим проверку, информации, являющейся основанием для ее проведения.

Результаты служебной проверки представляются должностному лицу, назначившему проверку, в письменной форме в виде заключения не позднее чем через 3 рабочих дня после ее завершения. Заключение должно быть подписано должностным лицом, проводившим проверку, или председателем комиссии и членами комиссии. Должностное лицо, назначившее проверку, не позднее 5 дней со дня представления заключения утверждает его либо принимает решение о продлении служебной проверки.

Окончанием служебной проверки является дата подписания заключения должностным лицом, проводившим служебную проверку (председателем и членами комиссии). Проект приказа о наложении дисциплинарного взыскания (в случае выявления дисциплинарного проступка) готовится должностным лицом, проводившим служебную проверку, или председателем комиссии, приобщается к заключению и представляется с материалами служебной проверки должностному лицу, назначившему ее проведение. Приказ о наложении дисциплинарного взыскания объявляется сотруднику под роспись в течение пяти календарных дней со дня его издания, не считая времени отсутствия сотрудника на службе.

Из представленных в дело материалов следует, что 17.10.2024г. в адрес Главного управления МЧС России по <адрес> поступило письмо из Уральского института ГПС МЧС России (т.2 л.д.163, т.3 л.д.91), в котором сообщалось о прибытии в Институт 16.10.2024г. в вечернее время курсанта Свидетель №1 из 105 ПСЧ 1 ПСО ФПС ГПС ГУ МЧС России по <адрес>, где она проходила учебную практику в соответствии с приказом ГУ от 11.09.2024г. №, с признаками алкогольного опьянения. По данному факту Свидетель №1 пояснила, что употребила алкоголь совместно с личным составом караула 105 ПСЧ 1 ПСО ФПС ГПС ГУ МЧС России по <адрес> во время нахождения на практике. В письме содержалась просьба провести разбирательство. Приказом ответчика № от 18.10.2024г. с целью объективной оценки фактов, изложенных в письме, была назначена служебная проверка изложенной информации, в части касающейся несения службы личным составом 105 пожарно-спасательной части 1 пожарно-спасательного отряда ФПС ГПС Главного управления, с ее проведением в период с 18.10.2024г. по 15.11.2024г. С указанным приказом сотрудники были ознакомлены 21.10.2024г. (т.3 л.д.85-87). 07.11.2024г. на имя руководителя ГУ поступила докладная о продлении срока проведения служебной проверки на 30 дней, которая была согласована руководителем, что следует из проставленной им подписи (т.3 л.д.92). Тем самым, срок проверки был продлен до 15.12.2024г. В пределах данного срока, 12.12.2024г., в отношении каждого из сотрудников было составлено заключение о результатах служебной проверки, утвержденное руководителем 13.12.2024г. (т.3 л.д.155-177. 185-195).

Тем самым, вопреки доводам истцов и третьего лица, служебная проверка проведена в установленные сроки и в предусмотренном порядке.

По результатам служебной проверки по каждому сотруднику в заключении, утвержденном руководителем 13.12.2024г., комиссия пришла к выводу о том, что служебные контракты с сотрудниками подлежат расторжению, а сотрудники увольнению по пункту 9 части третьей статьи 83 Федерального закона от 23.05.2016г. № 141-ФЗ «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (т.3 л.д.155-177, 185-195).

По итогам служебной проверки изданы приказы № от 26.12.2024г. в отношении Кырова А.А., № от 26.12.2024г. в отношении Селиванова Е.А. и № от 26.12.2024г. в отношении Райчёнка Е.В., в пункте 1 которых отражено, что сотрудник подлежит привлечению к дисциплинарной ответственности в виде увольнения со службы в федеральной противопожарной службе в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы (т.3 л.д.194-195).

Тем самым, вопреки доводам истцов и третьего лица указанные приказы вынесены с соблюдением требований и в сроки, установленные ч.6 ст. 51 Федерального закона от 23.05.2016г. № 141-ФЗ «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

21.01.2025г. издан приказ №-НС о расторжении служебного контракта с каждым из них и увольнении со службы по указанному основанию 31.01.2024г. (т.3 л.д.178-183, 212-217). Тем самым, и указанный приказ вынесен с соблюдением требований и в сроки, установленные ч.15 ст. 51 Федерального закона от 23.05.2016г. № 141-ФЗ «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

С указанными приказами сотрудники были ознакомлены в установленном порядке, 24.01.2025г. с ними проведена беседа по вопросу увольнения со службы, составлены соответствующие представления к увольнению, с которыми те также ознакомлены 24.01.2025г. В день увольнения выданы все необходимые документы, произведен расчет, что ими не оспаривается.

С учетом изложенного, в рассматриваемом случае процедура проведения служебной проверки, ее сроки соблюдены в полном объеме, проведенные в рамках данной проверки мероприятия соответствуют всем предъявляемым требованиям. Также ответчиком соблюдены сроки издания соответствующего приказа о привлечении сотрудников к дисциплинарной ответственности и исполнения дисциплинарного взыскания в виде увольнения (ч.6 и 15 ст.51 ФЗ-141).

По своему содержанию и оформлению составленные в отношении сотрудников заключения о результатах служебной проверки также в полной мере соответствуют требованиям, предусмотренным Порядком проведения служебной проверки в системе Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, утвержденным
Приказом МЧС России от 17.10.2016г. №. Заключения составлены на основании имеющихся в материалах служебной проверки данных, в них описаны установленные события, дана оценка действиям и бездействию сотрудников, доводам их объяснений, проанализированы иные собранные документы, изложены необходимые сведения и постановлен вывод. Проверка проведена компетентным составом, ее результаты подписаны комиссией, утверждены полномочным лицом. Тем самым, оснований для признания данных заключений незаконными по доводам заявленных исков суд не усматривает. Несогласие с выводами служебной проверки не является основанием для признания заключений по ее результатам незаконными. Ранее, отдельно от требований о незаконности увольнения, сотрудниками результаты проверки не оспаривались, в том числе, в ведомственном порядке.

Также суд приходит к выводу о наличии в описанных в заключении служебной проверки действиях (бездействии) сотрудников проступка, порочащего честь сотрудника ФПС.

В соответствии с ч.1 ст.48 Федерального закона № 141-ФЗ «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником федеральной противопожарной службы законодательства Российской Федерации, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в федеральной противопожарной службе, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) или непосредственного руководителя (начальника) при выполнении основных служебных обязанностей и реализации предоставленных прав.

Сотрудник федеральной противопожарной службы обязан не допускать злоупотреблений служебными полномочиями, соблюдать установленные федеральными законами ограничения и запреты, связанные со службой в федеральной противопожарной службе, а также соблюдать требования к служебному поведению сотрудника (пункт 12 части 1 статьи 12 141-ФЗ).

В Кодексе этики и служебного поведения государственных служащих Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, одобренном решением президиума Совета при Президенте Российской Федерации по противодействию коррупции от 23.12.2010г. (протокол №), и утвержденным Приказом Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий от 07.07.2011г. №, призваны среди прочего исключать действия, связанные с влиянием каких-либо личных, имущественных (финансовых) и иных интересов, препятствующих добросовестному исполнению ими должностных обязанностей, воздерживаться от поведения, которое могло бы вызвать сомнение в добросовестном исполнении государственным служащим должностных обязанностей, а также избегать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб его репутации или авторитету МЧС России (подпункты д, к пункта 2.1 Кодекса). Аналогичные требования содержатся в Кодексе чести сотрудника Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, утвержденного приказом МЧС России от 06.03.2006г. №.

Контракт подлежит расторжению, а сотрудник федеральной противопожарной службы увольнению со службы в федеральной противопожарной службе в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы (пункт 9 части 3 статьи 83 141-ФЗ).

Из представленных суду Уральским институтом ГПС МЧС России в ответ на судебный запрос материалов служебной проверки, проведенной в отношении курсанта Свидетель №1 (т.2 л.д.69-176), следует, что 16.10.2024г. курсант Свидетель №1 находилась на учебной практике согласно приказа Института от 10.09.2024г. № и приказа ГУ № от 11.09.2024г. В 19.30 этого дня Свидетель №1 прибыла на территорию института в состоянии алкогольного опьянения. В своих пояснениях она указала, что 16.10.2024г. к 8.30 она прибыла в ПС 105 для прохождения учебной практики, находилась в учебном кабинете. Около 9.00 от сотрудника (Селиванова Е.А,) ей поступило предложение поехать с его звеном на тушение торфяного пожара, она согласилась, ей выдали специальную одежду, и на служебной машине выдвинулись на тушение пожара. По пути мужчины заехали в магазин «Красное и белое», и купили бутылку спиртного и еду, о чем она поняла из их разговоров. По приезду на место пожара мужчины достали алкоголь и продукты и начали распивать из горла бутылки и закусывать. Ей сказали тоже выпить, на ее отказ смеялись и говорили, что они старше по званию, они сказали пить, значит она должна пить, и до возвращения в институт еще много времени, и они ее прикроют, обещали снять, как она тушит пожар. Она, поддавшись на уговоры мужчин, выпила алкоголь из горла бутылки 2 раза, в конце ей дали шоколад. Распитие спиртного продолжалось около 15 минут, после этого мужчины двинулись в сторону пожара, начали устанавливать необходимое для тушения оборудование. Когда мужчины узнали, что к месту пожара выдвигается кто-то из руководителей, мужчины пошли к машине, чтобы спрятать оставшееся спиртное и сделать фото и видео отчет своей работы. Она просто ожидала. В период времени с 12 до 13 приезжал руководитель. Сразу после его отъезда мужчины снова достали бутылку с алкоголем, допили спиртное и убрали бутылку, в этот раз она спиртное не пила. Кроме того, они позвонили кому-то и попросили привезти еще алкоголь. При этом внешних признаков алкогольного опьянения у мужчин она не наблюдала, они все находились в адекватном состоянии. Затем начались действия по тушению пожара. Она находилась рядом с прапорщиком (Селивановым Е.А), в какой-то момент он притянул ее и поцеловал, она возражала, он пытался поцеловать ее еще, она отворачивалась, он отпустил ее и отошел. Прапорщик отошел и более не подходил к ней, она успокоилась, но чувствовала, что находится в состоянии алкогольного опьянения. Примерно с 14 до 15 мужчины устроили перерыв, достали еду и такую же бутылку с алкоголем, кто и когда ее привез она не знает, т.к. все время находилась в месте пожара, а мужчины периодически уходили к автомобилю. Когда Свидетель №1 увидела, что есть еще одна бутылка она сказала о плохом самочувствии, однако, прапорщик снова передал ей бутылку, требовал выпить и следил за тем, чтоб она проглотила алкоголь, она сделала два глотка. Мужчины в этот промежуток времени тоже по очереди выпивали алкоголь из горла бутылки и закусывали. в последствии между нею и прапорщиком в автомобиле состоялся разговор, в ходе которого она начала снимать видео на телефон для фиксации, он это заметил, вырвал телефон, требовал пароля, удалить видео. В момент, когда она пыталась забрать телефон, прапорщик толкнул ее, она выпала из автомобиля, села рядом, прапорщик продолжал требовать пароль от телефона, затем водитель также уговаривал ее сказать пароль. Потом прапорщик продолжил требовать телефон, она отказала, он тянул ее за волосы, завязалась драка, она попыталась убежать, двигалась в сторону автодороги, вышла на дорогу и стала ловить машину. Остановилась Газель с двумя мужчинами, которые дали ей позвонить и довезли до города, где вызвали ей такси. Во время пути она позвонила маме, сообщила о случившемся, просила ее сообщить в институт. Вернувшись в институт она сообщила о произошедшем сотрудникам, в медицинской части у нее взяли пробу на алкотестере, которая показала, что она находится в алкогольном опьянении. Все иные сотрудники, опрошенные в ходе проверки, дали аналогичные пояснения о событиях, которые стали им известны со слов Свидетель №1 Также в ходе проверки Института был опрошен водитель Газели, подвозившей Свидетель №1, который дал пояснения, схожие с пояснениями девушки (т.2 л.д.105). По результатам служебной проверки Свидетель №1 приказом № от 28.10.2024г. была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде строгого выговора.

Письмо Института по указанному инциденту (т.2 л.д.163) явилось основанием для назначения ответчиком служебной проверки. Из заключений служебной проверки Главного управления следует, что комиссией проверялись следующие факты нарушения служебной дисциплины данным сотрудником: остановка пожарного автомобиля в личных целях при использовании техники по предназначению; употребление алкогольной продукции на месте тушения пожара; совершение сотрудником виновного бездействия, повлекшее за собой возникновение угрозы жизни и (или) здоровью курсанта Свидетель №1; совершение проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы.

Изучив материалы проверки, содержащие объяснения сотрудников и Свидетель №1, был установлен факт остановки пожарного автомобиля в личных целях при следовании к месту мониторинга на наличие торфяного пожара и дальнейшего его тушения по адресу <адрес>, что является нарушением требований п.п. 22, 23 Боевого устава подразделений пожарной, утвержденного приказом МЧС России от 16.10.2017г.
№, т.к. в данном случае увеличивается время следования к месту вызова, также нарушен пункт 118 Руководства по организации материально-технического обеспечения, утвержденного приказом МЧС России от 01.10.2020г. №, т.к. имеет место использование техники при повседневной деятельности для целей, не связанных со служебной деятельностью. Также было установлено, что во время остановки в магазине «Красное и белое» Селивановым Е.А. была приобретена бутылка коктейля «Рафине шоколад и ваниль». Несмотря на отрицание факта употребления данной алкогольной продукции на месте пожара сотрудниками, указанный факт подтвержден пояснениями Свидетель №1, документальным подтверждением приобретения алкоголя, одной бутылки во время остановки в пути следования к пожару, так и сведениями о приобретении других бутылок аналогичного алкоголя, в том числе, той, что была в последствии обнаружена непочатой на месте тушения пожара. Также указанный факт подтверждается показаниями прибора алкотестера. Все: курсант и трое сотрудников прошли тестирование на состояние алкогольного опьянения в медицинской части Института с использованием алкотестера «Drager» № (исправный и поверенный, свидетельство о поверке № С-СЕ/15-01-2024/308364857(т.2 л.д.172). У курсанта Свидетель №1 был обнаружен алкоголь в концентрации 0,45мг/л. У всех троих сотрудников также были обнаружены пары алкоголя, у Селиванова Е.А. – 0,05мг/л, у Кырова А.А.и Райчёнка Е.В. – 0,03мг/л, что подтверждается чек листами №№, 370, 371 (т.2 л.д.174-176). Доводы истцов и третьего лица о том, что данные величины находятся в пределах погрешности, не влияют на оценку выявленных результатов, как доказательств наличия у них алкогольного опьянения, которые в совокупности с иными (пояснения Свидетель №1, результаты ее пробы на алкотестере, документы о приобретении алкоголя) свидетельствуют об употреблении всеми сотрудниками алкоголя 16.10.2024г.

Опрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель №1 подтвердила ранее данные пояснения, а также подробно описала события того дня, уверено и неоднократно пояснив об употреблении алкоголя всеми тремя сотрудниками и по иным обстоятельствам. Показания данного свидетеля принимаются судом как достоверные, поскольку они согласуются в полной мере с иными исследованными доказательствами. Какой-либо причины оговаривать сотрудников у свидетеля не имеется, в том числе, в целях избежания наказания, которое она также понесла по итогам разбирательства. Имеющиеся у свидетеля заболевания также не устраняют возможность адекватной оценки ею произошедших событий, адекватного восприятия ею ситуации, ею пояснено, что в тот день у нее не было особенностей состояния здоровья, которые бы помешали запомнить произошедшее или как-то иначе истрактовать действия сотрудников по отношению к ней, свидетель отрицает, что она говорит неправду. Свидетель была предупреждена об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, а также ей была разъяснена ст.51 Конституции РФ, однако, она не отказалась давать показания в том числе и по вопросам, связанным с ее заболеваниями, указала, что в момент спорных событий лечения не проходила, чувствовала себя хорошо. Пояснения истца и третьего лица о неадекватном поведении девушки и оговоре с ее стороны судом не принимаются. Очевидно, что у всех троих в данном судебном производстве имеется цель оправдать свои незаконные действия и получить желаемое для них решение о восстановлении на службе, ввиду чего, все трое дают такие пояснения, с тем, чтобы оспорить пояснения и показания данного свидетеля. Все трое отрицают сам факт употребления не только ими, но и курсантом алкоголя на месте пожара, а также иные события, о которых поясняет девушка. Вместе с тем, факт прибытия Свидетель №1 в институт в алкогольном состоянии после нахождения ее с отделением на месте тушения пожара достоверно подтвержден, более как на месте пожара употребить алкоголь она не имела возможности. Домыслы сотрудников о иных обстоятельствах и ином месте распития ею алкоголя опровергаются совокупностью доказательств.

Показания иных свидетелей Бабинцева Д.А., Мамаева В.А., Мочалова А.М., которые 16.10.2024г. в разное время видели всех троих сотрудников, а также возможное направление отделения на выполнение иного задания в вечернее время (фактически каких-либо мероприятий по тушению пожара ими в этот день более не осуществлялось) об обратном также не свидетельствуют. Как было пояснено Свидетель №1 вскоре после событий в ее объяснениях от 17.10.2024г. в рамках проверки, проводимой Институтом, перед прибытием руководства на место пожара в дневное время 16.10.2024г. сотрудниками бутылка с алкоголем и продукты (закуска) были спрятаны, а кроме того, видимых признаков опьянения у них не наблюдалось. В вечернее время, когда уже закончились мероприятия по поиску курсанта и отделение прибыло в ПЧ, и состоялась беседа с руководителем Мамаевым В.А. со всеми тремя, он отмечал признаки усталости у сотрудников, признаков алкогольного опьянения не видел. Вместе с тем, этот же руководитель затем выезжал на место тушения пожара, в результате осмотра места им была обнаружена непочатая бутылка с алкогольным напитком, аналогичная первой бутылке, ранее приобретенной Селивановым Е.А. во время утренней остановки у магазина «Красное и белое». Обнаруженная на месте тушения пожара непочатая бутылка была приобретена в тот же день (по чеку две бутылки), кто ее приобрел и привез на место тушения пожара, очевидно, с целью передачи сотрудникам, ими не раскрывается, и в ходе проверки установлено не было. Однако, данное обстоятельство достоверно подтверждено информацией магазина, и подтверждает пояснения Свидетель №1 о том, что сотрудники звонили и просили привезти еще алкоголь на место тушения пожара, а также то, что затем распивали еще и вторую бутылку. Пустые бутылки на месте тушения обнаружены не были, однако, была обнаружена полная бутылка с тем же алкоголем, приобретенная неустановленным лицом в тот же день позднее, что подтверждает факт нахождения на месте тушения пожара в распоряжении сотрудников нескольких бутылок с таким алкоголем, и свидетельствует об употреблении ими алкоголя, распитии двух бутылок алкоголя во время несения службы. Очевидно, что у сотрудников затем было немало возможностей сокрыть пустую тару, выкинуть ее как в лесу, водоеме, так и по пути следования обратно в ПЧ, т.к. сразу после сообщения о пропаже курсанта осмотра места происшествия руководителями не проводилось, не осматривался и служебный автомобиль, все эти мероприятия уже были осуществлены в ночное время, после того как в отношении участников событий было проведено обследование на алкогольное опьянение. Суд повторно отмечает, что показания опрошенных в судебном заседании свидетелей Бабинцева Д.А., Мамаева В.А., Мочалова А.М., указавших на отсутствие видимых признаков опьянения у Селиванова Е.А., Кырова А.А., Райчёнка Е.В., с достоверностью не могут опровергнуть данное обстоятельство, поскольку запах алкоголя мог заглушать запах дыма, пожарища, горящих торфяников, а кроме того, очевидно, что на момент освидетельствования сотрудников пары алкоголя могли быть нивелированы приемом пищи, чая, и в целом, физиологическими особенностями организма. Тогда как из собранных материалов проверки следует однозначно, что курсант Свидетель №1, у которой было обнаружено алкогольное опьянение сразу по возвращению в институт, могла употребить алкоголь только во время пребывания с сотрудниками отделения на месте тушения пожара, т.к. до отъезда утром с отделением на пожар она была трезва, во время пути следования от места пожара (в лесу, газели, такси, в институте) спиртное не употребляла. То, что у сотрудников алкогольное опьянение было обнаружено в меньшем объеме, чем у курсанта, объясняется вышеизложенными обстоятельствами и тем, что с момента употребления алкоголя прошло значительное время, их освидетельствование согласно материалам служебной проверки проводилось после 22.00.

Как было отмечено выше, из материалов служебной проверки следует, что на месте событий в ночное время была обнаружена одна неоткрытая бутылка алкоголя с акцизной маркой №. Селивановым Е.А. было пояснено, что эта бутылка была им приобретена утром во время остановки по пути следования к месту тушения пожара. Однако, это не соответствует действительности. Обнаруженная бутылка была приобретена в иное время, позднее, и по иному чеку (с расчетом наличными), тогда как бутылка, которая была приобретена Селивановым Е.А. утром, была оплачена картой Райчёнка Е.В., и имела иную акцизу. Так, из полученной информации магазина и результатов сканирования QR код на акцизной марке через официальный сервис Федеральной службы по контролю за алкогольным и табачным рынками, следует, что бутылка с алкогольным напитком «Рафине шоколад и ваниль» с акцизной маркой № была приобретена в том же магазине «Красное&Белое», но в другое время - в 12.42, когда отделение в полном составе находилось по месту выполнения задания. Запросив у магазина сведения о приобретенной продукции в 12.42, ответчик в рамках служебной проверки получил подтверждение приобретения этой бутылки, и еще двух единиц аналогичной алкогольной продукции одним чеком. Исходя из описанного выше следует, что в магазине «Красное&Белое» в тот день было приобретено всего четыре бутылки «Рафине шоколад и ваниль» в разное время: одна в 09.04 (т.3 л.д.140) во время остановки отделения по пути следования к месту тушения пожара) и три в 12.42 (неустановленным лицом) (т.3 л.д.139, 141, 142, 143), и при этом, именно одна из этих трех бутылок, купленных в 12.42 в итоге и была обнаружена на месте тушения пожара. Ввиду чего, пояснения Селиванова Е.А., данные им как в ходе проверки, так и в судебном заседании, что он приобрел одну бутылку данного напитка (для своей коллекции), и хранил ее, чтоб увезти домой, которая якобы затем и была обнаружена руководителем на месте тушения пожара, не соответствуют действительности. С учетом изложенного, не соответствуют действительности и пояснения иных сотрудников, отрицающих факт распития спиртного.

Однако, данное обстоятельство (употребление всеми тремя сотрудниками алкоголя на месте выполнения служебных обязанностей) подтверждается указанной выше совокупностью доказательств. Дополнительно данный факт подтверждают и результаты психофизиологического исследования сотрудников с применением полиграфа (т.3 л.д.113-119, 122-132). Согласно выводам этих исследований по всем троим, они могут свидетельствовать о умышленном сокрытии сотрудниками информации по всем известным им обстоятельствам, высоко вероятно, что они знают и умышленно скрывают факты употребления спиртного лично и другими сотрудниками части, и Свидетель №1, и фактическое количество бутылок алкоголя на месте тушения пожара.

Суд соглашается с выводами заключения служебной проверки в том, что употребление сотрудниками алкогольных напитков, находясь на боевом дежурстве, оказывает влияние на обеспечение пожарной безопасности, сохранение жизни и здоровья граждан, имущества на закрепленной территории, так как напрямую влияет на боеготовность подразделения. Факт совершения сотрудниками ФПС подобных действий, подрывает деловую репутацию самого сотрудника и авторитет Главного управления, а также указывает на нарушение требования по соблюдению профессионально-этических принципов, нравственных правил поведения.

С учетом изложенного, установленные в ходе служебной проверки факты употребления всеми тремя сотрудниками отделения алкоголя во время осуществления служебных обязанностей на месте тушения пожара, а также принуждение ими курсанта к употреблению алкоголя, отобрание Селивановым Е.А. у нее сотового телефона, суд считает полностью подтвержденными в ходе судебного разбирательства.

С учетом изложенных Свидетель №1 обстоятельств, отсутствия у нее телефонной связи, ее опасения по возможному развитию событий имели под собой основания, что вынудило ее покинуть место тушения пожара и самостоятельно, сначала пешком через лесополосу, затем с попутной машиной и на вызванном ей такси добираться до института. Очевидно, что во время следования курсанта к месту учебы в вечернее время, в темное время суток, с ней могло произойти все, что угодно, в том числе, любые неблагоприятные события.

Тем самым, факт оставления курсанта в опасности, в обстоятельствах, угрожающих ее жизни и здоровью, описанных в заключениях служебной проверки, суд также считает установленным. Все трое сотрудников, достоверно зная об алкогольном состоянии курсанта, об отсутствии у нее телефона, забранного Селивановым А.Е., о ее просьбах вернуть ее в ПЧ, институт, не приняли никаких мер к исключению дальнейших событий, не сообщили о происходящем руководству, ни во время развития событий, ни после убытия курсанта, приняв решение искать ее самостоятельно с тем, чтобы скрыть факт ее убытия в результате совершенных в отношении нее действий. И только после того, как от сотрудников института стало известно о произошедшем руководству, Селивановым Е.А. был осуществлен доклад. Из описанных в заключениях служебной проверки обстоятельств следует, в том числе, пояснений самих сотрудников, следует, что курсанту было плохо на месте тушения пожара, что она неоднократно высказывала просьбы по возврату ей телефона и ее возврату в ПЧ, однако, ни один из сотрудников отделения не доложил об этом в ПЧ, ни Селиванов Е.А., старший отделения, ни Кыров А.А., имеющий рацию, установленную в автомобиле, ни Райчёнок Е.В., также имевший доступ к рации. Последние двое поясняют, что эти действия должен был совершить их командир Селиванов Е.А., вместе с тем, их должностное подчинение никоим образом не устраняет виновности их бездействия с учетом приведенных выше нормативных требований к сотрудникам ФПС, И Кыров А.А. и Райчёнок Е.В., достоверно зная, что такого доклада Селивановым Е.А. произведено не было, в том числе, и после пропажи курсанта, также не приняли мер по докладу руководству, не приняли никаких мер по пресечению развивающейся нестандартно ситуации на месте тушения пожара, ее пресечению, очевидно укрывая действия своего командира. Указанное свидетельствует о принятии всеми тремя мер по умышленному сокрытию своих незаконных действий, и как следствие, уйти от ответственности за допущенные нарушения.

В заключении служебной проверки отмечено, что сотрудник федеральной противопожарной службы должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету Главного управления. В ходе проведения служебной проверки комиссия исходила из того, что приказом МЧС России от 06.03.2006г. № утвержден «Кодекс чести сотрудника системы МЧС России», согласно которому Кодекс чести определяет моральные принципы и правила поведения сотрудника. В службе и повседневной жизни сотрудник системы МЧС России должен быть требовательным к себе, принципиальным, правдивым. Однако, как указано выше, все трое сотрудников сообщали в ходе проверки заведомо ложную информацию.

Тем самым, являются верными выводы служебной проверки о том, что отсутствие со стороны Селиванова Е.А. должного контроля за Свидетель №1, укрытие им и иными сотрудниками обстоятельств произошедшего, в том числе, распития спиртного, отсутствие своевременного доклада об ухудшении состояния Свидетель №1 на месте пожара, а также о ее убытии, сокрытие информации об обстоятельствах произошедшего, является виновными действиями и бездействием, повлекшим за собой возникновение реальной угрозы жизни и (или) здоровью курсанта Свидетель №1, и в совокупности образуют состав проступка, порочащего честь сотрудника федеральной противопожарной службы. Такое поведение всех троих нарушает моральные принципы и правила поведения сотрудников МЧС России и указывает на невыполнение ими требований Кодекса чести сотрудника, утвержденного приказом МЧС России от 07.07.2011г. №.

Такое поведение сотрудников ФПС является недопустимым, несовместимым с высоким статусом сотрудника ФПС, и не может быть оценено иначе, как совершение ими проступка, порочащего честь сотрудника, ввиду чего, все трое подлежали безусловному увольнению со службы, и оснований для их восстановления суд не усматривает.

В удовлетворении требований Райчёнка Е.В. суд отказывает также по причине пропуска им срока исковой давности на их заявление и отсутствии оснований для восстановления такого срока.

Согласно пунктам 4, 5 статьи 73 Федерального закона от 23.05.2016г. № 141-ФЗ «О службе в федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сотрудник федеральной противопожарной службы или гражданин, поступающий на службу в федеральную противопожарную службу либо ранее состоявший на службе в федеральной противопожарной службе, для разрешения служебного спора может обратиться к руководителю федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности или уполномоченному руководителю либо в суд в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а для разрешения служебного спора, связанного с увольнением со службы, в течение одного месяца со дня ознакомления с приказом об увольнении. В случае пропуска по уважительным причинам сроков, установленных частью 4 настоящей статьи, руководитель федерального органа исполнительной власти в области пожарной безопасности или уполномоченный руководитель вправе продлить соответствующий срок и рассмотреть служебный спор по существу.

В п.5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004г. № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Из данных норм закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что специальный закон, регулирующий прохождение службы в МЧС предусматривает конкретный срок для обращения с иском в суд по требованиям о восстановлении на службе, а также устанавливает конкретный момент, с которого такой срок следует исчислять - в течение одного месяца со дня ознакомления с приказом об увольнении. С приказом об увольнении Райчёнок Е.В. был ознакомлен 24.01.2025г. Вместе с тем, спорные требования им были впервые заявлены и приняты судом только 28.05.2025г., с существенным пропуском срока. Указанные им доводы, связанные с привлечением его в качестве участника по данному делу, никоим образом не меняют предусмотренного законом срока для защиты своих прав, не продляют его и прочее. Им заявлен индивидуальный служебный спор, для инициирования которого им не требовалось привлечение его к участию в данном деле. Наряду с иными уволенными, он имел возможность самостоятельно обратиться в суд с иском, как это сделали Кыров А.А. и Селиванов Е.А., а не ожидать привлечения его к участию в их деле с тем, чтобы воспользоваться правами третьего лица. Не имеет правового значения для разрешения данного вопроса и последующее расширение его требований, дополнение их иными, связанными с оспариванием заключения служебной проверки. Каких-либо иных сведений, подобных указанным в Постановлении Пленума ВС РФ, в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд, препятствовавших ему своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального спора, им названо не было. Тем самым, изложенные Райчёнком Е.В. обстоятельства не являются основанием и для принятия решения о восстановлении ему пропущенного срока для обращения в суд с данным спором.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о пропуске Райчёнком Е.В. срока на обращение в суд с данными требованиями, а также об отсутствии уважительных причин для восстановления пропущенного им срока обращения в суд за разрешением спора.

При таких обстоятельствах, увольнение всех троих произведено с соблюдением процедуры увольнения и при наличии к тому оснований, расторжение контракта о прохождении службы и увольнение истцов и третьего лица является законным, оснований для их восстановления на службе, не имеется. С учетом законности произведенного увольнения всех троих, отсутствии установленных фактов нарушения их прав в спорной ситуации, у суда отсутствуют правовые основания для взыскания в пользу Кырова А.А., Селиванова Е.А. довольствия за период вынужденного прогула, а равно, взыскания в их пользу компенсации морального вреда.

Тем самым, в удовлетворении заявленных в рамках данного дела требований истцов и третьего лица следует отказать полностью.

Поскольку в удовлетворении заявленных исковых требований отказано полностью, с учетом положений ст.ст.88, 94, 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, отсутствуют и основания для взыскания с ответчика судебных расходов, в том числе, судебных издержек Селиванова Е.А. на оплату услуг представителя.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Кырова А. А. к Главному управлению МЧС России по <адрес> о признании незаконными приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности и увольнении со службы, восстановлении на службе, взыскании денежного содержания за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, исковых требований Селиванова Е. А. к Главному управлению МЧС России по <адрес> о признании незаконными приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности и увольнении со службы, восстановлении на службе, взыскании денежного содержания за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов, и требований третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Райчёнка Е. В. к Главному управлению МЧС России по <адрес> о признании незаконным заключения о результатах служебной проверки, возложении обязанности провести новую служебную проверку, признании незаконными приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности и увольнении со службы, восстановлении на службе, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Екатеринбурга.

Мотивированное решение составлено 15.10.2025г.

Судья (подпись)

Копия верна

Судья Серебренникова О.Н.

Решение на 15.10.2025г.

в законную силу не вступило.

Судья